Вернулся с очередного заседания суда в отвратительном настроении.
Обвинение сегодня допрашивало эксперта-лингвиста А.А.Смирнова, давшего на прошлом процессе - как и на этом - благожелательное для меня заключение.

Битый час (а думаю, и поболее) адвокаты Абельцева и сам этот "президентский резерв", не в силах ничего противопоставить по сути дела, оскорбляли Андрея Анатольевича, ставя под сомнение его квалификацию, ум и порядочность, постоянно пытались унизить, перебивали, изводили бессмысленными мелкими придирками и подлогами, выводили из себя хамскими репликами, - попросту мстили.
Судья если и сдерживала иногда эту мерзость, то очень робко.
Прекрасный в своей невозмутимости г-н Смирнов даже вынужден был пару раз повысить голоc. Думаю, этим беспардонным нахрапом был изумлен и он, много видевший в залах суда.

Но как известно, когда господь хочет наказать человека, он исполняет его желания. Абельцев настойчиво добивался конкретизации относительно примененной к нему дефиниции "животное" - и на этом заседании таки дождался.
"Вас называют животным - в целом", - авторитетно пояснил депутату эксперт-лингвист.

Ну, а запротоколированное требование депутата вывести из зала публику, потому что "они там дышат и мешают", как и его требование "взять всех троих под стражу!" (меня и моих адвокатов) - я пересылаю новогодним приветом всем, кто ждал чего-то новенького от президента Медведева, чей кадровый резерв возглавил сегодня, по алфавиту, этот ума сосуд.
Вот оно, ваше новенькое. Ешьте полной ложкой.

Пару дней назад мы с женой вернулись из Праги - прощались с Петром Вайлем.
Это были самые удивительные и светлые проводы, которые я видел в своей жизни.
Прощание проходило в траурном зале Ольшанского кладбища Праги - в полукилометре от Аверченко, в километре от Кафки...
Все без единого слова: портрет, цветы, музыка.
Потом собрались на квартире у Андрея Шароградского - журналиста радио "Свобода". Марианна, выпускница ГИТИС, давно уже пражанка, сказала: "Мы не могли проводить Петю невкусной едой" - и было вкусно. Речей никто не говорил: Вайль был слишком хороший человек для того, чтобы нуждаться в речах. Его любили - и его смерть стала настоящим горем для всех.
А в соседней комнате Андрей включил видеомагнитофон - там нон-стоп шли фильмы из цикла "Гений места". Живой Вайль ходил по Токио, Севилье, Дублину, Осло... Постепенно все со своими рюмками и тарелками перекочевали в эту комнату. Сидели, смотрели, смеялись его удачным шуткам и образам... Было ощущение, что - день рождения, просто хозяин запаздывает.

А написать что-то, сказать какие-то слова вослед я не мог несколько дней. Написал только перед отлетом в Прагу.
http://ej.ru/?a=note&id=9709